867

Катастрофа повторится? Тверская область может полыхнуть как Сибирь

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 35. АиФ Тверь 28/08/2019
Валерий Мельников / РИА Новости

По данным Гринписа, за последний месяц в Сибири горело свыше 4 млн га лесов. Всё равно что убрать с карты целую Московскую область. Сейчас стихия идёт на спад. Однако эксперты твердят: такая ситуация может повториться в любом регионе страны. Тверская область не исключение!

Пожары обнажили проблемы, которые копились в лесной отрасли годами. О горящих лесах, бизнесменах в управлении и человеческом отношении рассказал заслуженный лесовод России Николай Бобовкин из Торопца, отдавший отрасли сорок лет. В своё время почётный нагрудный знак ему вручал лично президент Владимир Путин.

Сжигаем миллиарды

Екатерина Евсеева, «АиФ Тверь»: Николай Николаевич, Тверская область задыхалась от пожаров пять лет назад. С тех пор больше не горим. Нам везёт или мы извлекли уроки?

Заслуженный лесовод России Николай Бобовкин.
Заслуженный лесовод России Николай Бобовкин. Фото: пресс-служба Кремля

Николай Бобовкин: Просто везёт. Посмотрите: уже какое лето подряд льют дожди. Случись такая же засуха, как в 2014-м, опять вспыхнем. В нашем регионе множество торфяников. Это наше богатство и наша беда. Тогда, пять лет назад, горели именно они. Раньше торфяники принадлежали организациям, которые занимались мелиорацией. Они постоянно контролировали всю территорию. Сейчас эти предприятия развалили, торфяники заброшены. Спасатели только локализуют очаги возгорания, системно проблему никто не решает. Всё как в Сибири этим летом. Вот по телевизору рассказывают, что огонь тушат даже с воздуха. Насмешили! Надо было зачатки ликвидировать, а не ждать, когда пламя охватит миллионы гектаров. Конечно, уже не помогут никакие вертолёты: неэффективно. В первую очередь в лесу надо бороться с возгоранием компоста, который состоит из сухих листочков, сучьев, хвои. Этот слой насыщен кислородом. Сверху водой его не пропитать. Простой бытовой пример: при тушении костра в него надо залить большое количество воды и тщательно перемешать. Когда выливаешь сверху ковш воды, пламя не гаснет. Примерно такой же эффект от тушения лесных пожаров с воздуха. Вся борьба должна быть внизу, на земле. Надо заниматься опашкой, расчищать часть участков от растительности, чтобы огню некуда было пойти.

– Пока люди писали петиции с просьбой спасти Сибирь, некоторые чиновники заявили, что это обычное природное явление и тушить такие пожары экономически невыгодно. Что бы вы им ответили?

– Никто и не спорит с тем, что это невыгодно. Так не надо допускать! Проще было лесников держать, чем теперь миллиарды выкидывать. У нас разогнали лесную охрану. Проблемы начались после принятия Лесного кодекса в 2008 году. Отдав леса арендаторам и сократив лесничих, казалось, можно было достичь огромной экономии: не надо платить зарплаты, покупать обмундирование и т.д. Но одни пожары и борьба с ними уже сожрали столько денег, что вся эта экономия не более чем миф.

Несколько лет назад леса вовсе поделили. Теперь есть «зоны охраны», где с огнём борются в любом случае, и «зоны контроля», где это делается по усмотрению местных чиновников. Там, где затраты на ликвидацию огня превышают ущерб, лесные пожары можно не тушить. В основном это касается территорий, расположенных вдали от населённых пунктов. И всех всё устраивает, пока гром не грянет. То, что сегодня происходит в Сибири, – последствие этих реформ. Однако такая ситуация может случиться в каждом регионе. И в Тверской области тоже.

Пожарная тревога

– Вечный вопрос: что делать?

Досье
Николай Бобовкин родился в Тверской области в 1951 г. Окончил Великолукский лесотехнический техникум по специальности «техник-лесовод». Заслуженный лесовод Российской Федерации. Сейчас живёт в Тверской области, на пенсии.
– В первую очередь возвращать лесничих. Да, стихия непредсказуема. Понятно, что управлять погодой люди не в силах. Но противостоять ей могут и должны. Горим каждый год, а людей нет. Раньше при леспромхозах были вертолёты, парашютисты, но самое главное – жили лесники на кордонах. У них стояли вышки, с которых они отслеживали задымление. Чуть что – сразу сообщали, и огонь быстро локализовывали. Лесничий ведь не только осматривает территорию. Он знает все подходы и подъезды к очагу, как срезать расстояние и т.д. Сегодня за ситуацией следят из космоса. Это хорошо. Но случись пожар, разве сотрудники МЧС знают, как побыстрее попасть в лес или по какой тропе пройти? В тайге так вовсе пожарные показываются раз в год.

Огонь не терпит ожидания, а мы зачастую медлим. Если что-то загорелось, из МЧС звонят в лесхоз, те – арендаторам. Пока соберут людей и технику, пламя разрастётся. Раньше в каждом лесничестве работали по 10–15 человек, у каждого был свой участок – примерно по три тысячи гектаров леса. Мы в Торопецком районе регулярно обходили свои территории, занимались восстановлением леса, санитарными вырубками и т.д. Сельского населения было больше, любая вспышка – сразу же раздавался звонок в лесничество. У нас была своя техника, пожарная машина, мотопомпы, трактора стояли наготове. При малейшем пожаре бригада выезжала на опашку горящих участков. Не справлялись своими силами – техникой помогали колхозы и совхозы.

Теперь на лесничество приходится всего два человека: лесничий и его помощник. А что могут сделать двое? К тому же под сокращение попали не только люди. Раньше на лесничество, где я работал, выделяли по 300 литров топлива в месяц, а сегодня – 40. Какое здесь может быть патрулирование?! Даже мобильную связь лесничим не оплачивают. Смотреть на то, как сегодня работают мои коллеги, горько. Платят по 15–20 тысяч рублей. На эти деньги нужно кормить семью, содержать рабочую машину, самому чинить её и ремонтировать.

– На что тогда арендаторы, которым леса отдают в пользование на 49 лет? Ведь они должны заниматься лесовосстановлением, охранять его от браконьеров и от пожаров.

– Лес должен быть в руках государства, а не частников. Каким бы хорошим ни был арендатор, он прежде всего бизнесмен. У него одна забота: как заработать денег. Вот и получается, что у нас развалили структуру, а взамен ничего не предложили. Речи даже не идёт о возвращении лесников. Потушили пожар – и забыли до следующего лета. Миллиардеры нашлись!

Варвары с большой опушки

– Главной причиной пожаров часто называют человеческий фактор. Так и есть?

– Иногда срабатывает природный фактор. Однако в 90% случаев лесных пожаров в стране виноват человек. Как мы относимся к нашим лесам? Мусорим, бросаем окурки, а в жаркую и сухую погоду достаточно даже щепотке пепла попасть на землю, чтобы случился пожар. Леса близ населённых пунктов вовсе превратились в свалки. Между тем даже стеклянная бутылка, лежащая под определённым углом к солнцу, может сработать как линза и вызвать пламя. Это всё от страшной невоспитанности. С малых лет нужно объяснять детям, что мы в ответе за всё, что нас окружает: других людей, животных, растения, воздух, леса. Но выросло целое поколение потребителей: и в обществе, и во власти. А ещё пожар – хороший способ скрыть следы браконьерства.

– Нередко те, кто призван охранять леса, нечисты на руку. Как победить коррупцию в отрасли?

– Защита и охрана леса прописаны в Лесном кодексе. Проблема в том, что в его новой редакции лес рассматривается как источник древесины. Наши леса превратились в бизнес, в этом и есть корень зла. В отрасли работают менеджеры. Для них самое главное – заработать деньги: правдами и неправдами. Нередко под видом санитарных рубок исчезают целые гектары. Заключение о том, что дерево больное, должен выдавать специалист. Но зачастую наши лесопатологи работают не по совести, а как прикажут. Высохла одна ветка, а дерево рубят под корень. Это всё равно что перхоть лечить отсечением головы. И лесничие, доведённые до нищеты, нередко берут на лапу. Есть, конечно, преданные своему делу сотрудники, но их никто не боится. Когда на кону такие деньжищи, человеческая жизнь ничего не стоит. День с пилой постоял – два «КамАЗа» вывез. Неплохой куш, правда? Нужно возрождать лесничества, забирать природные достояния из рук частников.

Когда меня несколько лет назад награждал президент, мне так хотелось ему обо всём рассказать. Увы, не представилась возможность: нас попросили не беспокоить главу государства лишними вопросами. А я сорок лет отдал лесной отрасли, и мне обидно видеть, как она разваливается. Лес – это богатство и гордость нашей страны. Не надо его разбазаривать.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах