Примерное время чтения: 9 минут
694

Накормим всех. Фермер из Тверской области — о том, как преодолеть санкции

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 13. АиФ в Твери 29/03/2022
Эдуард Кудрявицкий / АиФ

«Мы накормим всю Тверскую область», – уверенно говорит фермер из Рамешковского района Алсу Ямалетдинова. Она считает, что в условиях международных санкций сельскохозяйственная отрасль полностью обеспечит продовольственную безопасность региона.

Трезвый расчёт

Денис Кузнецов,  tver.aif.ru:  Алсу Шейхулловна, аграрии действительно смогут прокормить весь регион? Всё же зависимость от импорта у нас велика.

Алсу Ямалетдинова: Россия – великая страна, и она может добиться всего, чего захочет. Но для того чтобы что-то возродить или построить, потребуется от трёх до пяти лет: это полноценный природный цикл. Скажу на примере животноводства: чтобы корова давала молоко, нужно пройти все этапы. Развитие эмбриона (9 месяцев), нетель (2 года), осеменение и стельность (9 месяцев), рождение телёнка и только после этого молоко. Это 4 года как минимум.

Тем не менее дефицита продуктов питания не будет, на мой взгляд. Хоть Тверская область и специализируется на животноводстве и растениеводстве, она сможет обеспечить себя зерном, а также продуктами его переработки. Потребности в картофеле будут удовлетворены полностью. На первых порах могут возникнуть затруднения с овощами, потому что с этого рынка ушёл крупнейший региональный производитель – ЗАО «Калининское», переключившись на молоко. Но, думаю, на смену ему обязательно придут другие фермерские хозяйства. По молоку и молокопродуктам обеспеченность у нас нормальная. По мясу нужно «подтянуться»: областные ресурсы в этом секторе сельского хозяйства подточила африканская чума свиней. Но и его тоже хватит.

– Не слишком оптимистичный прогноз?

– Это реальность. Смотрите сами. У нас в регионе есть племзавод «Заволжский» и «Агропромкомплектация» («Дмитрова Гора»), ЗАО «Калининское» и «Коралл», «Старицкое молоко», «Кашин Луг», есть «СПК Красная Звезда» Владимира Чистякова. Есть множество фермеров с именами: Андрей Тропин из Рамешковского района, Вадим Рошка из Старицкого района и многие другие. И будет ещё больше.

– Что необходимо для, скажем так, автономной, независимой от импорта жизни?

– Во-первых, трезвый расчёт. Во-вторых, чёткое понимание, что нужно сделать в первую очередь, во вторую и т. д. Например, из-за санкций пострадают хозяйства, закупившие импортную сельхозтехнику: у них возникнут проблемы с запчастями. Значит, государство должно помочь им найти решение. Пострадают те, кто зависит от импортных семян. Значит, нужно развивать своё семеноводство – и общенациональное, и региональное. Далее: не факт, что теперь удастся покупать за рубежом породистый рогатый скот и высокопродуктивное семя. Значит, надо развивать свою племенную селекцию в животноводстве. А чтобы всё это работало, потребуются целевые программы и комплексное развитие сельских территорий. И, в-третьих, чтобы достичь поставленных целей, всем аграриям и администраторам сельского хозяйства нужно трудиться как единый коллектив.

Не сети, а ярмарки

– Восемь лет назад Россия уже столкнулась с экономическими санкциями. Тогда тоже много говорили об импортозамещении в продовольственном секторе. А удалось ли реально к нему прийти?

– Удалось тем, кто захотел и сделал. Например, русский фермерский сыр теперь не хуже итальянского. Но в целом импортозамещение тогда не получилось – во многом потому, что границы не закрывались и в Россию всё равно продолжал поступать импортный товар с этикетками третьих стран. Это перебивало цены, сбивало спрос на отечественную продукцию. Сейчас границы закрыты, и теперь однозначно будет стопроцентное импортозамещение.

Фото: Из личного архива/ Алсу Ямалетдинова

– Для небольших хозяйств всегда было проблемой зайти в торговые сети. С введением очередных западных санкций ждёте ли позитивных изменений?

– У небольших хозяйств  и объёмы продукции небольшие. Поэтому крупные торговые сети вряд ли будут работать с ними в будущем. Областные власти, конечно, помогают: добиваются, чтобы продукция была представлена на прилавках, например в региональной торговой сети «Универсал». Но такова уж особенность крупного торгового бизнеса: ему нужны большие объёмы. Поэтому нет, не жду.

Скажу на основе личного опыта, что супермаркеты с гипермаркетами многим небольшим хозяйствам не нужны. Они вполне обходятся рынками и ярмарками, которых, кстати, в прошлом году при поддержке регионального Минсельхоза в нашей области прошло более 8,5 тысячи. Через них продаётся всё, что производится на селе. Ещё аграрии налаживают современные каналы продажи, например через интернет-магазины и собственные сайты. И сами же доставляют продукцию покупателям.

– Фермеры из других регионов России давно предлагают создать особую торговую сеть для реализации исключительно фермерских продуктов, чтоб без всяких посредников. Как относитесь к идее?

– В предложении нет ничего нового: это кооперация, то есть объединение сил и возможностей с коллегами, которые хотят того же самого. Её тверские аграрии практикуют уже десятки лет. Безусловно, кооперация – серьёзное подспорье для маленьких хозяйств, но не панацея. Как сельский товаропроизводитель, я придерживаюсь такой позиции: если продукт качественный, безопасный и вкусный и если, что важно, не завышать цены, то он обязательно найдёт своего покупателя.

– Вот-вот начнётся посевная. В условиях санкций её желательно провести на больших площадях, чем год или два назад. Это возможно в нашем регионе?

– Увеличить посевные площади фермеры могут, но из-за роста цен на энергоносители имеющихся у нас денег не хватит. Литр дизельного топлива стоит сейчас 54 рубля, а год назад перед весенним севом цена была 40 рублей. Электроэнергия сейчас от 9 рублей за киловатт – за год цена выросла на рубль. Сейчас зерно (семена) от 28 рублей за килограмм, горошек посевной – от 44 рублей, многолетние травы – от 144 рублей, клевер – от 200 рублей, а в прошлом году цены были совершенно другими. Очень сильно выросли и ставки по банковским кредитам, и цены на запчасти к сельхозтехнике. При этом ценники на фермерскую продукцию остались прежними. Знаю, что областной бюджет возместит нам часть затрат на посевную, но на расширение посевных площадей этих компенсаций не хватит. А вот если бы банки давали фермерам кредиты под 3% годовых и снизились бы цены на топливо, то мы смогли бы сделать это. Но посевную мы проведём: качественно, на своих стареньких тракторах, семенах и дорогом топливе.

Досуг один – алкоголь

– На ваш взгляд, покупка перерабатывающих комплексов, тех же сыроварен или промышленных сепараторов, поможет фермерам улучшить бизнес, а Тверской области – начать экономический рост?

– Безусловно, да. Своя переработка – это всегда выигрыш. Единственный её недостаток – малые объёмы. Но зачастую это как раз и хорошо: не будет возврата непроданной продукции магазинами. Сейчас доля фермерских хозяйств в аграрном секторе экономики Тверской области составляет около 30%.

– Несколько лет назад в интервью «АиФ в Твери» вы говорили, что главная проблема тверского села – кадры. Что-то изменилось сейчас?

– И в отдалённых деревнях, и на селе в целом специалистов по-прежнему не хватает. Работать сельским предпринимателям не с кем. Сейчас нужны механизаторы, агрономы, зоотехники. Ещё требуются ветврачи, их не хватает даже на районном уровне. Одна за другой уходят на пенсию доярки, а замены им нет. Люди не хотят там работать, потому что это тяжёлый труд. Год назад в период весенне-полевых работ я платила механизатору до 50 тысяч рублей в месяц – для села это высокая зарплата. Вижу, что работать в деревню не поедут до тех пор, пока там не будет развитой инфраструктуры и сферы отдыха. Даже сейчас, когда есть вероятность роста безработицы из-за санкций, не поедут. А досуг там сейчас один: алкоголь.

– Какие отрасли сельского хозяйства Тверской области могут пойти в рост в связи с санкциями и что может «забуксовать»?

– Однозначно пойдёт в рост картофелеводство и молочное производство, а «буксовать» могут семеноводческие хозяйства. Особо остановлюсь на необходимости развивать в регионе семеноводство, а также племенное дело в животноводстве. В последние годы во многих тверских хозяйствах коровы болели лейкозом, стада в некоторых хозяйствах уменьшились до 80%. Восполнить потери за счёт покупок на внутреннем российском рынке трудно из-за дороговизны: одна корова стоит около 200 тысяч рублей.

Не исключаю, что пойдёт в рост и агротуризм. По моим наблюдениям, запрос на него высокий, особенно среди москвичей. Многие тверские фермеры охотно этим занимаются, ибо это дополнительный заработок для них.

– В постсоветский период многие хозяйства пришли в упадок, а ваше удержалось и развивается. В чём секрет?

– Я держалась благодаря терпению, труду, вере, энтузиазму и состоянию души. А ещё была ощутимая поддержка на областном уровне.

– Какой совет дадите своим коллегам и всем остальным читателям? Как не опустить руки в тяжёлое время? Как пережить трудности?

– Кооперируйтесь, как это сделала я. Положитесь на себя и на свой коллектив и спокойно, уверенно идите к цели. Никогда не бойтесь начинать что-то новое. «Делай что должно, и всё будет хорошо». Непростое время пройдёт, как это много раз бывало в прошлом нашей страны, и мы пойдём вперёд.

Досье

Алсу Ямалетдинова. Родилась в 1974 году в Калининской области. Окончила Тверскую сельскохозяйственную академию. Потомственный аграрий: её отец был председателем колхоза «Искра» в Рамешковском районе. В 2012 году создала мясомолочную ферму. В июле этого года запускает производство сыров, сметаны, творога и сливочного масла под собственным брендом. За вклад в развитие сельского хозяйства отмечена благодарностью Минсельхоза России.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах