aif.ru counter

Дефицит человечности

Доктор своих пациентов ведёт с рождения. © / Фото из личного архива Вишнякова / Аргументы и Факты в Твери
Сельский доктор - об оптимизации, бумажной волоките и работе без выходных

"Наше здравоохранение превратили в чёрт-те что. Если я заболею, ни за что не пойду в поликлинику, - говорит Сергей ВИШНЯКОВ, сельский доктор из Итомли Ржевского района. - Законы, по которым государство заставляет работать врачей, не имеют ничего общего с человеческими".

Без отпусков, выходных, а иногда и по ночам - в таком графике Вишняков работает уже 35 лет. Сегодня он с гордостью показывает свои "владения": новомодное оборудование, кровати с электроподъёмниками, пластиковые окна. А ведь три года назад Итомлинскую больницу хотели закрыть! Сергей Александрович поднял такую шумиху, что к нему вереницей поехали российские и даже американские журналисты. Врач из небольшой деревеньки из-под Ржева дошёл до президента Национальной медицинской палаты Леонида Рошаля и больницу отстоял.

Время лечит

- Про Саныча нашего писать будете? - интересуются деревенские мужики, у которых я спрашиваю дорогу. - Золотой он человек, всегда поможет, даже если ночью в окно постучишь. А уж за больницу нашу мы ему до гробовой доски благодарны будем.

Чтобы увидеть золотого человека и пообщаться с ним, мне пришлось ждать больше часа. Сначала доктора не было на месте. С утра он уехал осматривать ребятишек в детский сад. Такие рейды Вишняков совершает раз в неделю. После же - первым делом пациенты. В очереди к доктору общей практики - три человека. Казалось бы, ждать недолго. Не тут-то было: несмотря на рекомендации Минздрава России не тратить больше 15 минут на каждого пациента, Вишняков принимает своих минимум по полчаса.

- Не зря же говорят, время лечит, - улыбается Сергей Александрович. - Врачей сейчас пытаются загнать в какие-то рамки, научить работать по стандартам. Но мы же имеем дело с людьми, а не с бумажками! Человека и осмотреть внимательно нужно, и поговорить, особенно если он пожилой.

В кабинете у доктора всё под рукой. Здесь он измеряет давление, делает электрокардиограмму и даже узи, проверяет зрение, уши, нос. Есть в больнице и своя лаборатория, причём большинство анализов будут готовы в тот же день. Такого сервиса в я никак не ожидала увидеть.

- Ещё до того, как я пришёл сюда работать, здесь были операционная и свой роддом. Представляете? И стационар - всегда битком: люди лежали даже в коридорах на кушетках. Сейчас на 120 деревень остались лишь четыре круглосуточные койки, пара дневных и десять - сестринского ухода. Заболели - езжайте в город! А у нас из самой дальней деревни Турбино до Ржева - сотня вёрст. У Вишнякова могло бы не быть и этого "богатства". Он с ужасом вспоминает события трёхлетней давности, когда стационар хотели закрыть. На помощь Итомлинской больнице тогда бросился московский блоггер Митя Алешковский. Следом потянулись журналисты федеральных изданий и телеканалов, а потом и иностранцы.

- Были у меня здесь ребята из "Washington Post" и немецкие корреспонденты. Потом Леонид Рошаль к себе на «круглый стол» вызывал, и всё это время поддерживал со мной связь, даже звонил в региональный минздрав. Звёзды телевидения приезжали. Мебель, например, нам помогал разгружать Максим Виторган с первого канала, - показывает доктор на новенькие столы. - Благодаря шумихе мы не только больницу сохранили, но и благотворителей подтянули. Посмотрите, какие у нас кровати! Вот эта - с подъёмным механизмом для инсультных больных и тех, кто лежит с переломами.

Первый на деревне

- Рошаль, как и многие уважаемые доктора, выступает категорически против оптимизации. Почему власть не прислушивается к мнению врачей?

- Потому что всем стали заправлять экономисты. Во главу угла поставили выгоду, а не людей. Но на здоровье экономить нельзя! На бумаге, может быть, и разумно вкладывать деньги в центральные районные больницы и развивать их. Однако городские и деревенские жители находятся в неравных условиях. Чтобы попасть на приём к врачу, мы должны доехать до Ржева, взять талон и потом ещё неделю ждать. Специалистов не хватает, очереди огромные. В областной больнице - тоже самое. Я недавно пытался записать пациента к нейрохирургу, так мне весь день отвечал автоответчик. При этом я врач и понимаю, куда звонить и что делать. А как разобраться какой-нибудь бабушке? Да легче лечь и умереть. Именно поэтому, случись что, люди бегут за помощью к своему, местному врачу. Они знают, что Вишнякову можно позвонить в любое время, и он всегда им ответит и придёт на помощь.

- У меня ни разу не было выходных, чтобы я весь день отдыхал. Часто бывает, что дети приезжают в деревню навестить своих родителей и видят, что им плохо. Естественно, звонят и едут ко мне, просят принять, посмотреть, посоветовать. Ну как откажешь Ивану Ивановичу, с которым ты на рыбалку ходил да по грибы? За столько лет работы все деревенские стали мне родными. Приезжает ко мне ночью мужик с разрезанным лбом, стучит в окно: помоги. Неужели я его отправлю его за 50 км в город, чтобы там зашили рану?

Наш разговор прерывает телефонный звонок. Местная жительница жалуется на боли в сердце и просит доктора приехать. Вишняков хватает электрокардиограф, сумку с лекарствами, и мы мчим на помощь. Десять минут на стареньком уазике - и мы на месте. Доктор осматривает пациентку, снимает кардиограмму, измеряет давление и тут же берёт анализ крови на сахар. С сердцем у бабушки всё в порядке. Боли - отголоски остеохондроза.

- По закону, я не имею права госпитализировать таких пациентов к себе. Наш стационар - терапевтического профиля, а это уже неврология. Однако таких больных в деревне уйма. Сколько народу у нас в колхозах спины надорвали, не пересчитать! Приходят бабушки: "Сынок, ты же раньше меня лечил, почему теперь-то нельзя?". Что мне им отвечать? Вот недавно привезли бабулю 94 лет с больными суставами. Она записалась на приём в Ржеве, но госпитализировать её отказались. Сказали: «Что ты, бабушка, хотела? Загляни в паспорт, вспомни, сколько тебе лет». Она вернулась домой, звонит мне, плачет. Что делать? Положил её, на свой риск, в сельскую больницу.

Не буду сволочью!

Снова звонок на мобильный. Опять пациенты: на этот раз спрашивают, что лучше дать ребёнку от температуры. Доктор Вишняков знает здесь каждого, многих ведёт с рождения. Ему не нужно заглядывать в медицинские карты, чтобы вспомнить индивидуальные особенности пациента. Лекарство выписывает быстро.

- Земский доктор должен жить на селе. Сегодня медиков пытаются привлечь в деревню милионными подъёмными, но большинство из них живут в городах, а на село ездят только работать. Это неправильно. Во времена моей молодости деревня тоже была худшим вариантом, но существовала система распределения. Сказали ехать – и не поспоришь. Если не вернуть эту практику, врачей в глубинке не останется. Я уже пенсионер, пока здоровье позволяет, буду работать. Но кто придёт мне на смену? Быть доктором в деревне - непросто. Не только, потому что ты постоянно должен быть в зоне доступа. Чтобы получить свою зарплату, нужно выполнить "городской" план. Норма на одного врача - сорок пациентов в день. Примешь меньше - урежут копеечку.  В план засчитываются только те пациенты, которые пришли на приём с полисом, паспортом и СНИЛС. У меня 80% людей даже не знают, что такое СНИЛС. Разве это не издевательство над народом, заставлять его оформлять непонятные карточки? А сколько бумажной волокиты добавили врачам страховые компании - это же ужас! С каждого пациента я должен взять письменное согласие на то, что он передо мной раздевается, потом снять копию всех документов. Представляете, приехал ко мне человек за 50 км на приём с полисом, а я его должен отправить домой ещё и за паспортом! По закону - я прав, а по-человечески - сволочь. Пусть мне не оплатят этих пациентов: я всё равно их приму, иначе спать потом не смогу. Доктор - не счётная машина, он не должен думать о выгоде. На лечении людей нельзя зарабатывать, этим нужно жить.

 

Топ 5 читаемых