Дипломатия как царица. Времени на геополитические авантюры уже не осталось

На прошлой неделе во время визита Владимира Путина в Китай РФ и КНР подписали совместную декларацию о становлении многополярного мира и международных отношений нового типа. Может ли в таком мире господствовать дипломатия, а не война? И что помогает, а что мешает сегодня урегулированию конфликтов?

Об этом мы рассуждаем с политологом, публицистом, общественным деятелем Рами Аль-Шаер. По всем вопросам он излагает личное, субъективное мнение и освещает информацию, исходя из собственных данных.

«Ни мира, ни войны»

– Рами, вот уже месяц США и Иран находятся в режиме прекращения огня. Это затишье перед бурей?

– Отношения очень значимых для стабильности на планете государств перешли в положение «ни мир, ни война», похожее на осторожное перемирие с заряженными стволами. Несмотря на то, что боевые действия на Ближнем Востоке не нужны никому, кроме лоббистов определённого толка, сторонам сложно прийти к окончательному соглашению. Их требования друг к другу во многом противоположны.

Для возобновления процесса урегулирования конфликта Иран настаивает на снятии или хотя бы смягчении американских санкций по отношению к исламской республике, на разморозке заблокированных по всему миру свыше $100 миллиардов иранских активов и на компенсации ущерба от американских бомбардировок.

Вашингтон, по предварительным данным, согласен отменить санкции в отношении иранской нефти на время переговоров, но отказывает как в компенсациях, так и в разморозке даже 25% иранских активов. Кроме того, появилось требование вывезти в США 400 кг иранского обогащённого урана и сохранить в ИРИ работу лишь одного из действующих ядерных объектов.

Несмотря на это, переговорный процесс не зашёл в тупик, как склонны считать некоторые эксперты. Да, он напоминает перетягивание каната, но продолжается. Словесно стороны демонстрируют готовность к любому повороту событий, в том числе угрожают друг другу возобновить удары. Но при этом в урегулировании конфликта заинтересованы все.

Стабильность на Ближнем Востоке во многом зависит от сговорчивости сторон. Подвижки есть. Некоторые СМИ осторожно сообщают, что Тегеран готов отказаться от компенсации ущерба от военных действий в пользу экономических стимулов и международных гарантий безопасности. А сенат США 20 мая впервые поддержал резолюцию, которая фактически предписывает вашингтонской администрации прекратить военные действия против Ирана.

Эффект домино

– При этом судоходство в Ормузском проливе сведено к минимуму. Сообщается, с одной стороны, о закрытии акватории самим Ираном, с другой – об американской блокаде иранских портов в Персидском заливе. Что происходит?

– Создаётся впечатление, что США соревнуются с Ираном за право контролировать Ормузский пролив. Внутри Персидского залива (путь из которого в Мировой океан лежит через Ормузский пролив) остаются заблокированными немало наливных танкеров: их раньше не выпускал Иран, теперь ещё и США. Хотя Америка, по сути, реальных прав на эти воды не имеет, и именно её потакание Израилю привело к военным действиям и к блокировке важнейшей для перевоза нефти водной артерии.

Я уверен, что суверенитет Ирана над Ормузским проливом должен быть признан официально и что судоходство во­зобновится, если американцы уйдут из этой акватории и дадут Ирану гарантии безопасности. Управление проливом должно осуществляться с учётом норм международного права и приносить экономическую выгоду иранскому народу.

– Если блокировка пролива затянется ещё на несколько месяцев, какими могут быть экономические последствия?

– Давайте вспомним о стаг­фляции, поразившей мировую экономику в результате нефтяных шоков 1973 и 1979 годов. Они породили целую череду кризисов, изменили экономический и политический ландшафт планеты. При этом, напомню, нефтяной шок 1973 года начался после введения арабскими странами эмбарго (запрета) на экспорт нефти в страны, поддержавшие Израиль в Октябрьской войне с Египтом и Сирией.

Нынешний кризис может стать гораздо острее, чем в 1970-х. Очевидно, что мир столкнулся с новым уровнем рисков, способных спровоцировать эффект домино. Цена нефти Брент с февраля поднялась с $70 до в среднем $100-110 за баррель и пока держится примерно на таком уровне. Но экономисты допускают, что она может в итоге вырасти вплоть до $200 за баррель.

Ведущие судоходные операторы переключаются на автоперевозки. Стали доставлять грузы фурами из оманских портов и гаваней Красного моря в Саудовскую Аравию, ОАЭ и Ирак. Но это не спасёт положение: пропускная способность сухопутных маршрутов значительно ниже, чем морских.

Троянский конь

– На встрече с журналистами 9 мая Владимир Путин рассказал о предложении Москвы вывезти высокообогащённый уран из Ирана в Россию. Это помогло бы урегулировать конфликт сторон?

– Это внесло бы свой вклад в поиск мирных решений. Президент РФ говорил об этом ещё до начала военного конфликта Вашингтона и Тегерана, и его предложение остаётся в силе. Весь процесс в таком случае был бы прозрачным и находился бы под контролем МАГАТЭ, а Иран был бы уверен в том, что вывез свои материалы в дружественную страну, которая сотрудничает с ним в сфере мирного атома.

Я уверен: найти компромиссы возможно, если их искать. И по-прежнему считаю, что Россия способна стать более эффективным посредником на переговорах между Ираном, США и странами Персидского залива, нежели Пакистан. В сложившейся ситуации уместно также вспомнить предложенную несколько лет назад Россией концепцию коллективной безопасности в Персидском заливе, основанную на принципе неделимости безопасности Ирана и аравийских монархий. Сегодня российская инициатива как никогда актуальна.

– Что способствовало бы принятию разумных решений?

– Я неоднократно подчёркивал, что для Вашингтона сейчас очень важно исключить из процесса принятия судьбоносных решений израильское лобби,которое фактически превратилось в троянского коня внутри США. На мой взгляд, сегодня в американской администрации наблюдается раскол между лояльными ему силами и умеренным крылом, пытающимся избежать сползания своей страны в пучину затяжной войны с Ираном.

Так, в конце апреля ушёл в отставку министр военно-морских сил США Джон Фелан. Думаю, будучи опытным военным, он понимал, что возобновление активной фазы боевых действий несёт очень серьёзные риски, не захотел быть заложником опрометчивых решений министра обороны США Пита Хегсета. Уход Фелана совпадает по времени с целой чередой перестановок в американской военной верхушке, среди которых отставка начальника штаба армии Рэнди Джорджа.

Судьбоносный документ

– Визит Дональда Трампа в Китай 14-15 мая привлёк пристальное внимание мировой прессы. В чём был главный смысл поездки президента США в Поднебесную?

– Встреча в Пекине возобновила находившиеся на паузе американо-китайские контакты на высшем уровне. Трамп выразил надежду, что отныне они станут гораздо более интенсивными. Он уже пригласил председателя КНР Си Цзиньпина посетить в сентяб­ре США с государственным визитом, а также ждёт китайского лидера в декабре на саммит G20 в Майами.  

Кроме того, по словам Трампа, он рассматривает возможность снятия санкций с китайских нефтяных компаний, закупающих нефть у Ирана. Встреча способствовала гармонизации отношений сторон, их готовности находить общий язык по разным вопросам, в том числе по Ирану, Украине и Тайваню.

– Визит Владимира Путина в Китай 19-20 мая называют безусловно успешным. Подписание декларации о становлении многополярного мира – это судьбоносный документ, который войдёт в историю меж­дународной политики?

– Да, это центральный концептуальный документ, важный для всего человечества. В нём стороны обязуются сами и призывают международное сообщество придерживаться следующих базовых принципов: открытости мира для инклюзивного и взаимовыгодного сотрудничества; неделимой и равной безопасности; демократизации международных отношений и совершенствования системы глобального управления; мирового цивилизационного и ценностного разнообразия.

Декларация ещё раз ярко подчёркивает влиятельность РФ и КНР на международной арене. Именно эти державы вырабатывают сегодня более справедливые международные отношения нового типа. Успех таких инициатив зависит от многих факторов, главный из которых – признание становления многополярности как свершившегося факта.

– А выгодны ли для нашей страны контакты США и Китая?

– Российское руководство приветствует конструктивные взаимоотношения Вашингтона и Пекина как ещё один элемент международной стабильности. Наша страна фактически становится третьей стороной нового диалога США и КНР. Я уверен, что трём государствам необходимо объединить усилия для достижения взаимопонимания во имя спасения человечества от войн, противоборств и нарастания нап­ряжённости, предвещающих большие общие беды. Хочется верить, что американцы понимают неизбежность перехода от однополярного мира к многополярному и начнут органично встраиваться в этот процесс.

Кстати, отдельное заявление по итогам визита Трампа китайский министр иностранных дел сделал по Украине. «Китай и США готовы поддерживать диалог и играть конструктивную роль в политическом урегулировании украинского кризиса, – заявил Ван И. – Мы надеемся, что конф­ликт скоро завершится».

Вылезти из колеи

– На 8-9 мая Россия и Украина объявляли двухдневное перемирие. Как вы это оцениваете?

– То, что, пусть и на столь короткий срок, перемирие стало возможным, – хороший знак, даже несмотря на то, что украинские власти не сразу пошли на такой шаг. Всё же совместный вклад России и Украины в победу в Великой Отечественной войне, память о её жертвах – святое. Это спасительная соломинка, которая может помочь объединить народы.

Но в целом переговоры пока стоят на паузе, несмотря на то, что Вашингтон сохраняет связь как с Россией, так и с Киевом. Как не раз заявляли российские официальные лица, даже если встреч будет множество, процесс будет стоять на месте, пока Киев не выведет свои войска с территории Донбасса.

Как объяснил Владимир Путин: «Я это хорошо лично проходил в Минске при выработке Минских соглашений. Можно часами, бесконечно разговаривать, днём и ночью – без толку. Нужно, чтобы специалисты поработали, всё сделали, чтобы было понятно обеим сторонам, что договорённости полностью согласованы. В этом случае можно встречаться где угодно, чтобы или подпись поставить, или присутствовать при подписании».

Вывод украинской армии из Донбасса откроет путь к непростому, но крайне важному обсуждению параметров действительно всеобъемлющего, справедливого и устойчивого мира, основанного на устранении первопричин украинского кризиса. Однако Владимир Зеленский по-прежнему не идёт ни на какие территориальные уступки. Хотя речь идёт о территориях, которые вообще-то исторически российские.

– Смог бы Киев оставаться на такой же позиции без европейской поддержки?

– Конечно нет, ибо Украина продолжает воевать на деньги Европы с её оружием. Даже американское вооружение для Незалежной сначала закупается европейскими странами, а уже потом отправляется в Украину. До конца 2026 года Евросоюз пообещал Украине предоставить кредит на 90 млрд евро. Согласно заявлению главы евродипломатии Кайи Каллас, первый транш на сумму порядка 9 млрд евро планируется выплатить в первой половине июня.

Однако в Еврокомиссии тянут с подписанием документов на транш, ссылаясь на необходимость обсудить ещё некоторые моменты. Есть подозрение, что в ЕС понимают: эти деньги никогда не вернутся обратно. А как лучше пойти на попятную, пока не решили. В общем, как сказал Владимир Путин, они «залезли в эту колею и вылезти из неё никак не могут».

– Может ли в Евросоюзе измениться политика в отношении России?

– Несмотря на крайне негативный настрой многих влиятельных европейских политиков, в ЕС появляются силы, готовые делать шаги в сторону России, и это внушает осторожный оптимизм. Так, швейцарский министр иностранных дел Иньяцио Кассис предложил в качестве площадки для диалога с РФ Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), где в этом году председательствует Швейцария. «Наша миссия – суметь вновь заставить их (европейцев – прим. ред.) разговаривать, – заявил он. – Нужно смотреть реальности в лицо – такой, какая она есть, а не такой, какой мы хотели бы её видеть».

А глава Европейского совета Антониу Кошта 8 мая заявил, что руководство ЕС обсуждает возможность проведения дип­ломатических консультаций с Москвой и даже ищет подходящего кандидата для таких переговоров. Он отметил, что взаимодействует с лидерами 27 стран, чтобы определить формат работы, «когда для этого настанет подходящий момент». Но, на мой взгляд, чего ждать? Этот момент не просто уже настал – он был всегда. Президент России не раз подтверждал свою готовность к переговорам с представителями Евросоюза.

Однополярность рушится

– Стало бы актуальным в современных условиях проведение совместного саммита лидеров России, Китая и США?

– Безусловно. Миру нужна справедливая система управления. Существующий миропорядок, основанный на итогах Ялтинской конференции и дополненный в результате роспуска СССР, претерпевает структурные изменения, но их явно недостаточно, чтобы угнаться за происходящими объективными переменами.

Однополярность, основанная на единоличном доминировании какой-либо сверхдержавы, рушится как карточный домик буквально на глазах. Появились новые центры экономической и военно-политической силы, диктующие необходимость реформирования всех международных структур, в том числе ООН.

Сложные вызовы требуют действий со стороны значимых и ответственных лидеров. Времени на новые политические разногласия и геополитические авантюры больше не осталось.

– Может ли многополярное мироустройство предложить конкретные мирные способы для решения глобальных проб­лем и конфликтов?

– Да. Референдумы вместо войн. Что и предложил недавно Владимир Путин Армении, где обсуждают планы присоединения к Евросоюзу. Логичнее всего было бы спросить, в первую очередь у граждан Армении, каков будет их выбор. А международному сообществу нужно активно участвовать в организации таких мирных процессов и наблюдении за ними.

Кстати

Октябрьская война (также известна как война Судного дня) – военный конфликт между коалицией арабских государств и Израилем, происходивший с 6 по 25 октября 1973 года. Его предпосылками стало желание Египта и Сирии вернуть территории, потерянные во время Шестидневной войны 1967 года.

Досье

Рами АЛЬ-ШАЕР.

Родился в 1955 году в Палестине. Получил высшее военное образование в Москве. В 1975 году во время палестинского конфликта в качестве военного атташе был направлен в СССР налаживать дипломатические связи. С 1983 по 1986 год – посол Палестины в Советском Союзе, считался личным представителем Ясира Арафата. В 1992 году получил российское гражданство, но оставил и гражданство Палестины. Указом Президента РФ награждён орденом Дружбы, в мае 2015 года – орденом Почёта.